Литература. 10 класс (1 часть)
Михаил Юрьевич Лермонтов. Поэмы Лермонтова

Поэмы Лермонтова

Те же творческие процессы, что и в лирике, характерны для последних поэм.

В зрелый период Лермонтов написал шесть поэм («Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», «Тамбовская казначейша», «Беглец», «Мцыри», «Демон» и «Сказка для детей»).

«Песня... про купца Калашникова». Характерное для поэта столкновение народно-эпического прошлого и современности отразилось в «Песне про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова». В ней сочувствие отдано Степану Калашникову, защитнику законов патриархальной старины, по которым жил в ту пору народ. В поединке с Кириоеевичем купец отстаивает не только свое достоинство, свою честь, свои личные права, но и общенародные моральные нормы. В «Песне...» народная правда выступила мерой ценности индивидуалистических страстей, как бы они ни были ярки и привлекательны. Свободу личности Лермонтов связал с народными нравственными устоями. Своеволие Кирибеевича вступило в противоречие с народными представлениями о чести, а воля Калашникова («Я убил его вольной волею...») с ними совпала. Но трагедия заключена не только в том, что Кири- беевич и царь Иван Васильевич попирают народно-патриархальные устои, хотя призваны их защищать, а в том, что гибнет сама патриархальная эпоха, конец которой уже близок.

«Мцыри». В поэме «Мцыри» нашла отражение другая сторона лирического героя Лермонтова — одиночество и неприкаянность, невозможность найти надежное пристанище.

Характер Мцыри (в переводе: послушник) обозначен в эпиграфе из 1-й Книги Царств (Библия): «Вкушая, вкусив мало меда, и се аз умираю». Эпиграф приобретает символический смысл и свидетельствует не столько о жизнелюбии Мцыри, сколько о трагической обреченности героя. Вся поэма, кроме эпического зачина, представляет собой исповедь-монолог Мцыри, где он выступает и главным действующим лицом, и рассказчиком. Хотя Мцыри рассказывает о своих приключениях уже после того, как найден монахами и вновь водворен в монастырь, речи Мцыри придана синхронность (одновременность) слова и переживания, слова и действия.

Предыстория Мцыри, обычная часть в композиции романтической поэмы, дана в начале, но не от лица героя, а от лица повествователя. Сам же герой рассказывает о трех днях жизни на воле, которые в его представлении контрастны пребыванию в монастыре как чуждом ему мире. Эпический зачин — это своего рода рассказ-элегия о славном, но уже ушедшем прошлом, о том примечательном событии, которое с ним связано. Мцыри в своей частной жизни и монастырь как знак чуждого герою уклада рассматриваются с точки зрения вечности и сопоставляются с универсальным и всемирным. В этом смысле они равны друг другу, равноправны, но враждебны по своему духу. Мцыри — весь воплощение порыва к воле, монастырь — ограниченное жизненное пространство, символ неволи.

Мцыри прежде всего герой действия, непосредственного поступка. Жить для него — значит действовать. В отличие от героев пушкинских романтических поэм, Мцыри — «естественный человек», вынужденный жить в неволе монастыря. Бегство в естественную среду означает для Мцыри возвращение в родную стихию, в страну отцов, к самому себе, куда зовет его «могучий дух», который дан ему с рождения. И Мцыри откликается на этот зов природы, чтобы ощутить жизнь, предназначенную ему по праву рождения. Однако пребывание в монастыре наложило свой отпечаток — Мцыри слаб телом, жизненные силы его не соответствуют могуществу духа. Дух и тело находятся в разладе. Причина состоит в том, что он отдален от естественной среды воспитанием в чуждом и неорганичном для него укладе. Раздвоенность Мцыри, противоречивость выражаются как в тоске по родине, куда он стремится и которую воспринимает как полную свободу и идеальную среду, так и в трагической гибели иллюзии, будто он может стать частью природного мира и гармонически слиться с ним. Внутренняя коллизия — могущество духа и слабость тела — получает внешнее выражение: открытый, распахнутый природный мир и замкнутость, чужеродность монастырской среды. Могучий дух обречен на гибель в несвойственном ему укладе, но и убежавший на волю Мцыри оказывается неприспособленным к ней. Это выражается в его метаниях. Путь героя внутренне замкнут. Природа сначала оправдывает надежды Мцыри. Он ликует, рассказывая старику-монаху о первоначальных впечатлениях от родного края:

Мне тайный голос говорил,
Что некогда и я там жил,
И стало в памяти моей
Прошедшее ясней, ясней.

Ему оказываются понятными и доступными «думы» скал, причудливые горные хребты, духовная жизнь природы. Он как будто сливается со всей Вселенной, с космосом, душой постигая смысл мироздания.

Однако, выросший в неволе, он чувствует, что чужд природе, которая ему угрожает и становится его врагом. Мцыри не может преодолеть ее дикость, необузданность и сжиться с ней («И смутно понял я тогда,/Что мне на родину следа/Не проложить уж никогда»). Символическим выражением тщетности желаемой гармонии становится невольное возвращение к монастырю и услышанный звон колокола. Трагическое бессилие героя сопровождается отказом от всяких поисков. Мцыри охвачен бредом, и к нему приходит искушение забвением, холодом и покоем. Оказывается, возвращение исключительного героя, вырванного из естественной среды, в родную ему природу невозможно, как невозможно и пребывание в неорганичном — монастырском — укладе. Мцыри терпит поражение, но это не отменяет порыва к свободе, жажды гармонии с природой, с бытием. Сам по себе этот порыв — символ непримиренного, неуспокоенного и мятежного духа. Несмотря на то что сила духа угасает «без пищи» и Мцыри ищет «приют в раю, в святом, заоблачном краю», он все-таки готов променять «рай и вечность» на вольную и полную опасностей жизнь в стране отцов. Тем самым страдания и тревоги героя умирают вместе с ним, не воплощаясь, и достижение свободы остается неудовлетворенным.

Попытки героя романтической поэмы, кем бы он ни был — дворянским интеллигентом, выходцем из городской среды, как Пленник у Пушкина, или простым горцем, как у Лермонтова,— по своему желанию устроить свою судьбу кончаются неудачами. Герой не может найти согласия с естественной средой и не обретает подлинной свободы. Он изначально обременен такими свойствами города и цивилизации, которые губят в нем искреннее стремление стать простым, естественным человеком. В конечном результате он приносит «дикому» обществу и себе только страдания и беды. Лермонтов в поэме «Мцыри», по сравнению с пушкинскими поэмами «Кавказский пленник» и «Цыганы», переиначил конфликт. Герой бежит не в чуждое ему, а в родное общество, бежит в естественный мир. Он родился не в городе, а в стране отцов, в той самой природе, откуда его вырвали. Но, прожив в монастыре и будучи там воспитан, он оказывается не в силах окунуться в природную жизнь. О былой естественности осталось лишь воспоминание, «природность» Мцыри искажена, «испорчена» цивилизацией. Жажда свободы и тоска по ней осознаются не проявлениями стихийного чувства воли, а порождениями монастыря-тюрьмы:

То жар бессильный и пустой,
Игра мечты, болезнь ума.

И герой, сравнивая себя с «в тюрьме воспитанным цветком...», признается:

На мне печать свою тюрьма
Оставила...

Тем самым ни для дворянского интеллигента, ни для человека из народа нет выхода. Отсюда возникает мысль о том, чтобы люди вернулись к естественности, к простоте и положили их в основание общества, которое принесло бы им счастье. Но возвращение назад — это иллюзия, это утопия. Однако Лермонтов не оставляет надежды, что когда-нибудь люди найдут правильный, верный путь.

«Демон». Сюжетом этой романтической поэмы послужила легенда о падшем ангеле, когда-то входившем в свиту Бога, но затем возроптавшем на Него за то, что Бог будто бы несправедлив и допускает зло. Отпав от Бога, ангел стал демоном, слугой Сатаны, и ополчился на Бога якобы из любви к человечеству и с расчетом на то, что люди покинут Бога. Но посеянное демоном зло не принесло плодов добра. Оно так и осталось злом, не исправив человечество, а породив еще больше грешников. И тогда демон разочаровался в Сатане. Ему надоело делать зло, и он решил помириться с Богом, снова припасть к Его милости. Лермонтов написал поэму о том, что случилось после бегства ангела от Бога и после разочарования демона в Сатане. Вопрос, который был поставлен Лермонтовым, звучал примерно так: возможно ли искупление грехов, возвращение в лоно Бога, если демон не собирается отказываться от своих прежних убеждений? Может ли примириться с Богом тот, кто остался индивидуалистом? Может ли падший ангел, вновь ищущий согласия с Богом, творить добро?

Поэма «Демон» создавалась Лермонтовым в течение 10 лет. Ее окончательная редакция сложилась в 1839 году. При жизни Лермонтова поэма не была опубликована и впервые появилась за границей.

Образ Демона. Главный герой поэмы — Демон, образ, олицетворяющий злое начало, которое доходит до всеобщего отрицания мира. Демон не просто скептик. Он страдает от ощущения бессмысленности бытия, и это придает ему мрачное обаяние. Демон вершит единоличный суд над миром. Он мстит обществу, человечеству и — Творцу. Лермонтовский Демон связан с европейской поэтической традицией. В конечном итоге этот образ восходит к ветхозаветному пророчеству о гибели Вавилона, в котором говорится о падшем ангеле, восставшем против Бога.

Демон Лермонтова не враждует с Богом, он хочет достичь гармонии, вновь почувствовать ценность добра и красоты («Хочу я с Богом помириться,/Хочу любить, хочу молиться,/Хочу я веровать добру») через любовь к земной женщине. Читатель застает Демона в роковой, переломный момент его судьбы. Демон вспоминает о прежней гармонии с миром, «когда он верил и любил». Горькая ирония судьбы состоит в том, что, думая отомстить Богу и миру, Демон поставил себя вне нравственных ценностей и отомстил себе. Индивидуалистическая позиция оказалась бесплодной и обрекла Демона на безнадежное одиночество.

Демон пресытился всем — и злом, и добром. Божий мир, к которому он стремится, также не вызывает в нем энтузиазма:

... гордый дух
Презрительным окинул оком
Творенья Бога своего,
И на челе его высоком
Не отразилось ничего.

Без всякого очарования Демон смотрит на «роскошную Грузию», картина которой ничего, кроме «зависти холодной», не вызывает «в груди изгнанника бесплодной...».

Демона не удовлетворяет ни отпадение от земной и мировой жизни, ни приятие творения Бога. Он хотел бы сохранить презрение и ненависть к земному миру и одновременно пережить блаженство слияния с мировым целым. Это невозможно. И рай, и земля живут по своим законам, не нуждаясь в Демоне. И тут его внезапно поражает своей красотой Тамара. Она напоминает Демону «лучшие дни», и в нем оживает «святыня любви, добра и красоты!..». Через любовь к Тамаре, надеется Демон, он сможет вновь прикоснуться к мировой гармонии.

Чтобы Тамара досталась только ему, «лукавый Демон» возмущает жениха Тамары «коварною мечтою» и способствует его гибели. Однако остается память Тамары о женихе, остается ее горе. Демон стремится уничтожить и их. Он предлагает Тамаре свою любовь, смущая ее душу сомнением в необходимости хранить верность и память о возлюбленном:

Он далеко, он не узнает,
Не оценит тоски твоей...

Вторгаясь в жизнь Тамары, Демон разрушает мир патриархальной цельности, а сама любовь к Тамаре исполнена эгоизма: она нужна Демону для собственного возрождения и возвращения утраченной гармонии с миром. Цена этой гармонии — неизбежная и неотвратимая смерть Тамары. Покинув мирскую жизнь, она становится монахиней, но смятение не оставляет ее. Сомнение касается и Демона:

... И была минута,
Когда казался он готов
Оставить умысел жестокий.

Однако раздавшиеся звуки песни, в которой Демон вновь услышал желаемое им мировое согласие («И эта песнь была нежна./Как будто для земли она/Была на небе сложена!»), разрешают его сомнения: былое ощущение гармонии оказывается столь могучим, что снова овладевает Демоном, но теперь уже бесповоротно:

И входит он, любить готовый,
С душой, открытой для добра,

Пришла желанная пора.

Но добро, которого он жаждет, достигается с помощью зла. Недаром ангел Тамары говорит ему: «К моей любви, к моей святыне/Не пролагай преступный след».

И тут оказывается, что Демон по-прежнему тот же злой и коварный дух: «И вновь в душе его проснулся/Старинной ненависти яд». Искушая Тамару, он представляется ей страдальцем, которому опостылели зло, познание и свобода, нелюбовь неба и земли, отверженность и одиночество. Он просит любви и участия к его страданиям:

Меня добру и небесам
Ты возвратить могла бы словом.

«бессмертие и власть», «вечность» и «владений бесконечность». Он хочет любить и быть добрым, не принимая Божьего мира в целом, и потому обречен на скепсис и на своеволие:

Все благородное бесславил
И все прекрасное хулил...

Люди оказались его послушными учениками, но у них есть надежда на Божье прощение. У Демона нет надежды, нет веры, он навечно погружен в пучину сомнений, а могущество власти, абсолютная свобода и всезнание обернулись муками страдания.

Демон сулит Тамаре безграничную свободу и вечную любовь, каких нет на земле, полное забвение земного грешного мира, равнодушие к несовершенной земной жизни.

погрузить ее в мир своих страданий и, отняв у нее жизнь, вновь пережить гармонию земного и небесного. Ему удается одержать верх над земной женщиной, которая одаряет его любовью («Увы! злой дух тор- жествовалi/Смертельный яд его лобзанья/Мгновенно в грудь ее проник»; «Двух душ согласное лобзанье...»). Но возрождение Демона невозможно. Его торжество над Тамарой оказывается одновременно и его поражением. Надеявшийся на вечное счастье, на абсолютное разрешение противоречий своего сознания, Демон на один миг становится и победителем, и побежденным. Приобщение к гармонии благодаря любви к земной женщине и ценой ее гибели не осуществилось. Злое начало вновь проступило в Демоне.

Конечным словом Демона, брошенным в мир, стало проклятие:

И проклял
Демон побежденный
Мечты безумные свои,

Один, как прежде, во вселенной
Без упованья, без любви!..

Трагедия Демона разворачивается на фоне природы, которая хранит свою естественность и величие. Она продолжает жить прежней одухотворенной и гармонической жизнью. Страдания Демона по гармонической утопии, его порыв к свободе, страстный протест против несправедливого устройства бытия были бы оправданны, если бы гармония достигалась не своеволием, а целеустремленным напряжением творческих усилий.

Тамара. Антагонистом отверженного духа выступает в поэме Тамара. В ней олицетворено наивное сознание патриархального мира. Жизнь Тамары до того, как ее увидел Демон, протекала на лоне прекрасной природы. Тамара радуется миру, его краскам и звукам. Гибель жениха отзывается в ее сердце печалью. Демона привлекает в Тамаре бьющая через край жизненность, цельность и непосредственность. Эта цельность определена укладом жизни, исключающим абсолютную свободу, познание и сомнение. Встреча с Демоном означает для Тамары потерю естественности и погружение в область познания. Земная любовь сменяется могучей, сверхчеловеческой страстью, а цельный внутренний мир дает трещину, являя противоборство добрых и злых начал, выступающих как верность прежней любви и неясная мечта («Все беззаконною мечтой/В ней сердце билося как прежде»). Отныне противоречия раздирают душу Тамары и терзают ее. Тамара как бы вкусила от древа познания. С тех пор княжна постоянно погружена в думу. Ее «сердце недоступно восторгам чистым», а «весь мир одет угрюмой тенью». Душа Тамары становится ареной борьбы обычаев, патриархальных устоев и нового, «грешного» чувства.

«Утомлена борьбой всегдашней...»), она предчувствует свою гибель («О, пощади! Какая слава? На что тебе душа моя?») и просит Демона отступиться, но его соблазны оказываются сильнее.

«след проступка», но ее спасает от власти Демона-искусителя ангел, смывающий слезами знаки зла с грешной души. Оказывается, Бог послал «испытания» Тамаре, которая, преодолев страдания и пожертвовав собой, полюбила Демона, чтобы тот обратился к добру. Поэтому она достойна прощения:

С одеждой бренною земли
Оковы зла с нее ниспали.

Злое начало, внушенное Демоном, как бы меняет свою природу: приняв его, героиня жертвует собой, защищая тем самым вечные ценности сотворенного Богом мироздания.

демонической личностью с тем же строем чувств.

Такое лицо в романе «Герой нашего времени» — Григорий Александрович Печорин.

В поэзии Лермонтов завершил развитие русского романтизма, доведя его художественные идеи до предела, досказав их и исчерпав положительное содержание, в них заключенное. Лирическое творчество поэта окончательно решило проблему жанрового мышления, поскольку основной формой оказался лирический монолог, в котором смешение жанров происходило в зависимости от смены состояний, переживаний, настроений лирического «я», выражаемых интонациями, и не было обусловлено темой, стилем или жанром. Напротив, те или иные жанровые и стилевые традиции были востребованы вследствие вспышки тех или иных эмоций. Лермонтов свободно оперировал различными жанрами и стилями по мере их надобности для содержательных целей. Это означало, что мышление стилями укрепилось в лирике и стало фактом. От жанровой системы русская лирика перешла к свободным формам лирического высказывания, в которых жанровые традиции не сковывали чувства автора, а возникали естественно и непринужденно.

Поэмы Лермонтова также подвели черту под жанром романтической поэмы в ее главных разновидностях и продемонстрировали кризис этого жанра, следствием чего было появление «иронических» поэм, в которых намечены иные, близкие к реалистическим стилевые искания, тенденции развития темы и организации сюжета.

Проза Лермонтова предшествовала «натуральной школе» и предварила ее жанрово-стилистические особенности. Романом «Герой нашего времени» Лермонтов открыл дорогу русскому философско-психологическому роману, соединив роман с интригой и роман мысли, в центре которого изображена личность, анализирующая и познающая себя. В прозе, по словам А. А. Ахматовой, он опередил сам себя на целое столетие.

Романтизм, реализм, романтическая лирика, романтическое «двоемирие», лирический герой, лирический монолог, элегия, романс, послание, лирический рассказ, гражданская ода, баллада, идиллия, романтическая драма, автобиографизм, символика, романтическая поэма, «бегство» (романтического героя), «отчуждение» (романтического героя), романтический конфликт, цикл повестей, психологический роман, философский роман.

Вопросы и задания

1. Какие поэмы Лермонтова вы читали?

2. Сравните «Песнь о вещем Олеге» Пушкина и «Песню... про купца Калашникова» Лермонтова. Оба произведения названы песнями. Почему авторы употребили для обозначения жанра именно это слово?

4. Какие признаки позволяют считать «Мцыри» романтической поэмой? Чем отличается «Мцыри» по своей композиционносюжетной организации от романтических поэм Пушкина? Проследите мотив «бегства», «отчуждения» в поэмах Пушкина и Лермонтова.

*5. К какому роду романтических поэм относится поэма «Демон» (нравоописательных, мистериальных, иронических, исторических)?

*6. Как развертывается сюжет «Демона» и что в нем главное — события или духовная жизнь героев?

*7. Расскажите, как вы понимаете романтический конфликт поэмы. Почему Демон низвергнут, а Тамара спасена?

Тематика сочинений

Общеромантическое и индивидуальное в ранней лирике Лермонтова.

В чем состоит пафос творчества Лермонтова?

«звуков» в лирике Лермонтова, ее содержание и значение.

*Ораторские, напевные и разговорные интонации в лермонтовской лирике.

*3амысел и творческая история поэмы «Демон».

Тематика рефератов

Сравните и прокомментируйте книги о Лермонтове: Д. Е. Максимов. Поэзия Лермонтова (М., 1975) и С. В. Ло- минадзе. Поэтический мир Лермонтова (М., 1985); И. Сер- ман. Михаил Лермонтов. Жизнь в литературе. 1836—1841 (М., 2003) и А. И. Журавлева. Лермонтов в русской литературе. Проблемы поэтики (М., 2002); Ю. М. Лотман. В школе поэтического слова. Пушкин. Лермонтов. Гоголь (М., 1988) и В. Н. Турбин. Пушкин. Гоголь. Лермонтов. Об изучении литературных жанров (М., 1978).

Образы Москвы и Петербурга в творчестве Лермонтова. Символика игры и маскарада в драме «Маскарад».

Судьбы лирических жанров в лирике Лермонтова 1837— 1841 годов.

Структура конфликта в поэме «Демон».

Дисгармонический стиль на фоне гармонии: стиль Пушкина и стиль Лермонтова.

Михаил Лермонтов: pro et contra.— СПб., 2002.

Лермонтов М. Ю. Исследования и материалы.—Л., 1979.

Лермонтовская энциклопедия.—Л., 1981.

Журавлева А. И. Лермонтов в русской литературе: проблемы поэтики. - М., 2002.

—М., 1973.

Коровин В. И. Поэтом рожденное слово//Лермонтов М. Ю. Стихотворения и поэмы.— М., 2002.

Коровин В. И. Драматург и романист//Лермонтов М. Ю. Проза и драматургия.— М., 2002.

Ломинадзе С. В. Поэтический мир Лермонтова.—М., 1985.

Лотман Ю. М. В школе поэтического слова: Пушкин. Лермонтов. Гоголь,— М., 1988.

—Л., 1959.

Произведения М. Ю. Лермонтова в школе/сост. В. Я. Коровина.— М., 2002.

Турбин В. Н. Пушкин. Гоголь. Лермонтов: об изучении литературных жанров.— М., 1978.

Эйхенбаум Б. М. Лермонтов: опыт историко-литературной оценки.— Л., 1924.